Михаил Рыклин, 15 января 2009

Михаил Рыклин об Олеге Кулике

Как бы глубоко Олег Кулик ни погружался в атмосферу массмедийных образов, их завершение зависит не от него, а от зрителя. Пока с их помощью он диагностирует незавершенность и незавершаемость нынешней культурной ситуации.
Соглашаясь жить внутри работающей метафоры животности, художник заставляет зрителя понять ее буквально и, следовательно, самому стать животным. Предлагая невозможное (выхождение за пределы артикулированного языка), он осуществляет акт соблазнения, как если бы он обладал ключом от бессознательного другого. Отказываясь говорить, он провоцирует в другом сильнейший дискурс, вращающийся в порочном круге. Кулик трудится над углублением самого вопроса, ответа на который он не знает. Его способности, прежде всего пластические, связанны с устройством ловушек для желания другого.

[ Читать дальше ]

Елена Кутловская, 15 января 2009

Елена Кутловская об Олеге Кулике

В рамках II Московской биеннале современного искусства, проходящей сейчас в Москве, представлен художественный проект «Верю». Его куратор – известный в прошлом арт-хулиган Олег Кулик. Сегодня он один из самых уважаемых художников не только на постсоветском пространстве, но и на Западе.
– В беседе с журналистами вы с гордостью назвали выставочный проект «Верю» блокбастером.
– (Перебивает.) Это не я назвал. Это кто-то из журналистов сказал, что есть фильмы-блокбастеры. Есть спектакли-блокбастеры. Но ни разу еще не было выставки современной живописи, которую бы можно было назвать блокбастером. И вот такое почетное звание «присвоили» нашему проекту. Чему я очень рад.

[ Читать дальше ]

Елена Добрякова, 15 января 2009

Олег Кулик: «Я могу вызывать омерзение»

«Человек-собака» собирается потрясти публику литургией в парижском театре оперы
Те, кто побывал в Центре современного искусства им. Сергея Курехина и увидел видеоинсталляции украинско-российского художника с мировым именем Олега Кулика, еще раз могли убедиться в четкой последовательности его пути. Некоторые называют художника хулиганом, сумасшедшим, кто-то подозревает в спекулировании на обостренных чувствах страха, испуга, жалости, возмущения, кто-то обвиняет в зоофилии. Скандален, мол, потому знаменит. Можно сказать по-другому: Кулик – художник, который своим собственным телом прочертил ту границу свободы, за которую до него не решались заходить. А возможно, и не хотели. И для этого надо иметь немалое мужество.
На больших экранах зрители одновременно могли видеть фильмы разных лет «Новая проповедь», «Бешеный Пес, или Последнее Табу, охраняемое Одиноким Цербером», «Кулик – это все-таки птица», «Миссионер», «Собачий Дом», «Я кусаю Америку, Америка кусает меня». Обнаженный человек летит на веревке между деревьями, выходит с цепью на шее на улицы Москвы, бросается на машины и людей, ползает на четвереньках у входа в магазин в Цюрихе.

[ Читать дальше ]

N/A, 15 января 2009

Об Олеге Кулике

С недавних пор доминирующей областью зоологического является в нашей стране не искусство, а политика. Актуальные художники окончательно уступили свой главный козырь - природное измерение - политикам в 1996 году. До этого метафора животности выполняла на московской сцене важную критическую функцию, поскольку тогда политическое животное еще надевало на себя личину человечности. Уже больше двух лет животность является предметом экспорта, товарным клеймом России в глазах иностранцев. В последние годы в искусстве Москвы исчез Большой Стиль, претендующий на выражение духа времени. Бессознательное торжествует в такой мере, что уже не нуждается в призме, которую образует художественное произведение. Оно рекрутирует своих агентов непосредственно в политической среде. Народность политиков сводится к разыгрыванию ими специфических травм своего электората. Как актеры травмы, многие из них достигли виртуозности и, конечно же, заинтересованы в ее периодическом возобновлении. Причем сами травмы становятся все более неантропоморфными и требуют от актеров "нечеловеческих" способностей.

[ Читать дальше ]